Главная » Интервью » Легенды и мифы казахстанской «нефтянки»

Легенды и мифы казахстанской «нефтянки»

TukaevТак уж исторически сложилось, что у казахстанцев существует масса претензий к отечественной нефтегазовой отрасли. Многие соотечественники считают, что бензин в нашей стране недостаточно дешевый, дефицит ГСМ был вызван плохой работой правительства, нефтяные деньги не доходят до народа,а идеальные государства – это Саудовская Аравия и ОАЭ, где, как известно, нефтедоллары просто так раздают народу чемоданами. О том, насколько справедливы эти упреки, портал energonews.kz поговорил с Акбаром Тукаевым, имеющим значительный стаж работы в казахстанской нефтегазовой промышленности и государственных органах страны.

— Акбар Куанышбаевич, очень часто можно слышать упреки в сторону правительства о том, что в Казахстане дорогой бензин. Для сравнения берется цена в Венесуэле, Туркменистане, Сирии, Ливии и США. Почему в этих странах бензин дешевле, чем в Казахстане?

— Венесуэла и Туркменистан, безусловно, вне конкуренции. И в прямом, и в переносном смысле. Потому как рыночная экономика предполагает несколько другие подходы и сопоставимость здесь не уместна.Например, вВенесуэле для поддержания низких цен на бензин государство выделяет из бюджета более 1 миллиарда долларов в месяц, ведь кто-то должен оплатить расходы на добычу нефти, транспорт и переработку. Зачем, имея огромное количество бедных и безработных граждан, субсидировать автовладельцев, не совсем понятно. Если мы последуем примеру Венесуэлы, тогда нам придется урезать многие государственные и социальные расходы.

В Туркмении похожая ситуация. Учитывая низкий уровень доходов граждан, государство просто держит цены на социальные продукты и услуги. Можно долго спорить о том, что лучше, держать искусственные низкие на определенные товары либо прилагать усилия для повышения уровня жизни населения. Это вопрос экономической системы. Кстати, насколько мне известно, в той же Туркмении уже идет отход от талонной системы по льготным ценам.

Что касается Сирии и Ливии, то внутриполитическая ситуация в этих странах далека от стабильности. Думаю, многие знают, что в таких условиях процветает теневая торговля по бросовым ценам, как по нефти, так и по нефтепродуктам.

Более интересен, пример США. Во-первых, с 2014 года США – страна номер один в мировой иерархии нефтедобычи, порядка трети добываемой нефти является сланцевой, которая специфична ориентацией на внутренний рынок. В то же время, США один из крупнейших мировых импортеров нефти, около 40% потребления обеспечивается нефтью, ввозимой из-за рубежа. Наконец, в-третьих, Штаты – один из крупнейших экспортеров нефтепродуктов. Согласитесь, своеобразное сочетание. В данных условиях, американцы владеют около 10% всех НПЗ мира, большинство из которых имеют современное оборудование и выпускаемый ими бензин имеет низкую себестоимость, благодаря высокой глубине переработки.

В условиях двукратного снижения цен на нефть, избыточных мощностей нефтепереработки и низкой маржи цена на бензин в США в прошлом году снизилась на 22%. В то же время происходят масштабные забастовки работников НПЗ, недовольных заработной платой.

— Из чего складывается цена на бензин в Казахстане? Государство помогает делать бензин дешевле? Дотации, административный ресурс, установление внутренних цен?

В целом, присутствуют все элементы: себестоимость нефти, законодательство, налоговый режим, административный ресурс. Другой вопрос, что когда треть бензина импортируется, появляется сильное влияние внешнего фактора, так как Казахстан на сегодняшний день зависит от российских поставок. При этом, если фиксируется сильное различие между казахстанскими и российскими ценами – возникает проблема затоваривания казахстанских НПЗ, а значит риски простоя и потери заработной платы для семи тысяч занятых на них соотечественников.

В целом, можно сказать, что Казахстан входит в 30 стран с самым дешевым бензином. Это хороший результат, учитывая, что казахстанскую нефть трудно добывать, недешево перерабатывать и далеко транспортировать.

— Почему время от времени бензин дорожает? Какую роль в этом играют спекулянты? Может ли государство эффективно бороться со спекулянтами?

Здесь комплекс факторов: рост автопарка (автомобиль стал самым главным атрибутом более-менее состоятельности казахстанца, квартиры не обладают такой доступностью), импорт трети бензина, зависимость от ситуации в соответствующих странах, наложение транспортных издержек на импорт, необходимость модернизации НПЗ, низкая внутренняя конкуренция среди субъектов рынка и т.д. Когда спрос есть и он растет, всегда формируются предпосылки для роста спекуляций. Эти и другие моменты можно по-советски администрировать, можно насыщать внутренний рынок, можно развивать конкуренцию. В идеале нужно создавать избыточность предложения, при этом цивилизованно и взвешенно регулируя чрезмерные отклонения.

Сейчас Казахстан идет по этому пути. Модернизация отечественных НПЗ позволит насытить рынок, практически отказаться от импорта и стабилизировать цены.

— Почему же модернизация НПЗ не была начата раньше? Как количественно и качественно возрастут показатели отечественных НПЗ?

— Самыми современными технологиями нефтепереработки обладают достаточно ограниченное число международных компаний. Поэтому процесс наращивания новых мощностей с актуальными технологиями хоть и дешевле абсолютно нового строительства НПЗ, но дорогостоящий процесс. Даже для относительно небольших казахстанских НПЗ это требует по 1 млрд. долларов. Никто не может просто так вынуть такие деньги из кармана. Не забываем, что под крыло государства наши заводы вернулись также относительно недавно.

Положительные моменты модернизации неоднократно озвучивались.

Строительство новых и реконструкция старых установок в Атырау позволит увеличить глубину переработки до показателя около 90% и получить дополнительные объемы бензина и авиакеросина, соответствующих стандартам К-4,5, а также обеспечить 100% загрузку сырьем комплекса по производству ароматики. АНПЗ обеспечит более 4 млн.т/год нефтепродуктов, с приростом продукции более, чем на 800 тыс. тонн.

Технологическая схема модернации НПЗ в Шымкенте смоделирована таким образом, чтобы имелась возможность варьировать несколько смесей нефти от 100% Кумкольской нефти до смеси состава: западносибирская, кумкольская, месторождения Актюбинской области и др. При этом будет обеспечено существенное возрастание выхода светлых продуктов, а глубина переработки возрастет до 93%.

Модернизация Павлодарского нефтехимического завода, пока ориентированного на западносибирскую нефть, создает возможности переработки казахстанской (кумкольской и актюбинской) нефти, роста мощности завода до 5-7 млн. т/год. Почти в полтора раза будет увеличена глубина переработки, существенно возрастет выход бензина и авиакеросина, введением установки изомеризации повысится октановое число бензинов, улучшится качество топлива с доведением до стандартов К-4,5.

— Не секрет, что бензин на заправках не самого высокого качества. Как вы думаете, кто его «бодяжит» и как можно эффективно с этим бороться?

— Вы знаете, что моторное топливо «бодяжили» еще во времена «Джентльменов удачи». Здесь важна роль всех заинтересованных сторон. Государство способно ограничивать деятельность уличенных компаний, сами компании способны контролировать своих сотрудников, население может относиться к «такому» бензину также, как к бракованным товарам, инициируя разбирательства и требуя возмещение ущерба. Очень важно создавать прецеденты выявления и совместных действий сторон.

Тотальный контроль государством всех участников рынка нефтепродуктов не реален. В стране действуют около 80 добывающих компаний, три крупных нефтеперерабатывающих заводов и несколько десятков мини-НПЗ, более трех сотен нефтебаз и четырех тысяч АЗС.

Невозможно посадить контроллера на каждой заправке, но если сами водители будут активны и нетерпимы, то порядок будет наведен очень быстро.

— С чем был связан дефицит бензина летом-осенью? Как вы думаете, почему при дефиците топлива, пробок на улицах городов не стало меньше?

Как я говорил, автомобиль стал слишком важным элементом жизнедеятельности половины взрослых казахстанцев. Поэтому есть бензин или нет, сколько бы он не стоил, многие отказываться от использования авто не согласятся. Что касается дефицита летом. Выделю следующие ключевые причины. Это февральская девальвация, которая ограничила возможности импорта нефтепродуктов, это пиковый спрос сезонного характера, а также это собственные проблемы и нежелание потенциальных иностранных поставщиков связываться с низкими казахстанскими ценами. Также, на некоторых российских заводах произошли аварии, что существенно сократило отгрузки бензина в Казахстан. Как видите, здесь был целый комплекс причин, который привел к таким последствиям.

— Очень часто можно услышать, что контракты на добычу нефти с западными инвесторами были заключены неправильно, что нефтяные деньги уходят «агашкам», а народу ничего не достается. Ваше мнение, насколько справедливы такие слова?

Здесь можно выделить несколько аспектов.

Я думаю, нет нужды повторять, что на заре независимости у нас просто не было собственных средств для освоения углеводородного потенциала страны. Транснациональные корпорации это прекрасно знали, и они были в заведомо выигрышном положении. Конечно, это отразилось на условиях договоров, но назвать их кабальными нельзя.

Давайте считать. За 20 лет Казахстан привлек в нефтегазовую сферу более 100 миллиардов долларов инвестиций, смог отстроить современную нефтяную промышленность, необходимую транспортную инфраструктуру и увеличить добычу нефти в 4 раза.

Что касается денег для народа, то стоит отметить, что налоговая нагрузка отрасли составляет порядка 70 процентов. 40% бюджета страны формируется от доходов нефтяной отрасли. Также, пятнадцать лет назад был создан Национальный фонд, в закромах которого сейчас находится порядка 100 миллиардов долларов полученных за казахстанскую нефть.

— Многие люди сокрушаются, что за 20 лет мы не смогли достигнуть уровня арабских нефтедобывающих стран, как вы считаете, почему так произошло и вообще, достижима ли эта мечта?

— Думаю, что арабские страны сами бы удивились от такого вопроса. Дело в том, что история нефтедобычи на Ближнем Востоке начала свою историю еще до Второй мировой войны. То есть, мы можем констатировать, что до сегодняшнего уровня развития арабские страны шли не 20 и не 30 лет, а гораздо больше.

Также, можно отметить, что в нефтедобывающих странах Ближнего Востока, таких как Саудовская Аравия и ОАЭ беззаботно живут далеко не все, а лишь граждане стран, количество которых равняется 15-20% от общего населения. Остальные жители – это уроженцы других стран, которые никакими привилегиями не пользуются. Поэтому райской, жизнь в арабских монархиях можно назвать лишь с большой натяжкой.

— В этом году Казахстанская нефтяная отрасль показала некоторый спад добычи. Как вы считаете это временное явление или системный спад? 

Это временное явление, связанное с форс-мажорными ситуациями на ряде месторождений зимой 2014 года. Но если низкие цены на нефть сохранятся более года, возможныболее комплексные проблемы, связанные с недостаточностью инвестиций.

— Также, очень часто можно слышать слова, что нужно экспортировать за границу не нефть, а уже готовые нефтепродукты. Насколько оправданы такие предложения?

— Знаете, в мире простаивает нефтеперерабатывающих мощностей на 3 млн. баррелей в сутки, а возможно и больше. Никто не будет рад нашим нефтепродуктам. Добавьте сюда кучу других факторов, в т.ч. издержки транспортировки, необходимость возмещения инвестиций, геоэкономическое положение Казахстана, насыщенность нефтеперерабатывающими мощностями на западе КНР и др.Все нефтедобывающие страны отправляют на экспорт сырую нефть, если это удобно и выгодно продавцу и покупателю.

— В данный момент многие эксперты прогнозируют «закат» нефтяной эпохи. Потребность в нефти будет снижаться, а цены падать. Так ли это?

— Этот «закат» предсказывается с завидным постоянством начиная с середины двадцатого века. Шестьдесят с лишним лет прошло, а «кромешная ночь» не наступила.

Структура мирового потребления энергоресурсов, растущий рост мировой экономики вопреки «кризисным оракулам», новые точки роста на мировой карте и другие факторы поддержат нефть, как минимум, до середины двадцать первого века.

— Большое спасибо за интервью!

energonews.kz

Оставить комментарий